vse-zabolevaniya.ru Запись к врачу в Москве
ГлавнаяБолезни психиатрииПсихопатии (расстройства личности), часть2

Психопатии (расстройства личности), часть2


Психопатии (расстройства личности), часть1

Классификация и клиника психопатий

Основные клинические варианты психопатических личностей довольно хорошо описаны в работах П. Б. Ганнушкина (1933), М. О. Гуревича (1949), В. А. Гиляровского (1954), И. Ф. Случевского (1957), Г. Е. Сухаревой (1959), О. В. Кербикова (1971), А. Е. Личко (1977), Е. Kraepelin (1915), Е. Kretschmer (1921). В основу всех классификаций и описаний психопатических личностей фактически положен синдромологический принцип, однако до сих пор предпринимаются попытки подразделения их по этиологии и патогенезу. Например, О. В. Кербиков (1971) выделял ядерные и краевые психопатии - истинные и протекающие по типу патохарактерологического развития, то есть возникающие в результате неблагоприятных условий воспитания, И. Ф. Случевский (1957) группировал их в зависимости от типа высшей нервной деятельности, Г. Е. Сухарева (1959)-в зависимости от возраста больного в период их появления и наличия экзогенного церебрально-органического поражения (задержанное, искаженное и поврежденное развитие). В МКБ 9-го пересмотра психопатии классифицированы по ведущему психопатологическому синдрому.
Приводим классификацию психопатий вместе с шифрами.
Классификация расстройств личности, или психопатий
1. Расстройства личности параноидного (паранойяльного) типа, или паранойяльная психопатия (301.0).
2. Расстройства личности аффективного типа, или аффективная (гипер- и гипотимная) психопатия (301.1).
3. Расстройства личности шизоидного типа, или шизоидная психопатия (301.2).
4. Расстройства личности возбудимого типа, или возбудимая психопатия (301.3).
5. Расстройства личности ананкастического типа, или психастеническая психопатия (301.4).
6. Расстройства личности истерического типа, или истерическая психопатия (301.5).
7. Расстройства личности астенического типа, или астеническая психопатия (301.6).
8. Расстройства личности типа эмоционально тупых, или гебоидная психопатия (301.7).
9. Другие расстройства личности, или психопатии неустойчивого, полиморфного (мозаичного) типов, парциального дисгармоничного психического инфантилизма и др. (301.8).
10. Психопатии с половыми извращениями и нарушениями (302) - гомосексуализмом (302.0), скотоложством (302.1), педофилией (302.2), трансвестизмом (302.3), эксгибиционизмом (302.4), транссексуализмом (302.5), фетишизмом, мазохизмом и садизмом (302.8).

Паранойяльная психопатия

Для паранойяльной психопатии характерна не параноидность как таковая, а постоянная неадекватно завышенная или заниженная оценка своих свойств, значимости положительных и отрицательных внешних (социальных) факторов, затрагивающих интересы личности, выраженная склонность к сверхценным идеям с соответствующим поведением. Критериями диагностики паранойяльной психопатии служат чрезмерная чувствительность к ситуациям, в основном ущемляющим личные интересы, тенденция к извращенному истолкованию действительности, поведения и отношения окружающих, преувеличенное самомнение, воинствующее и упорное утверждение собственной правоты и значимости, недостаточность критики к себе. Типичными свойствами лиц с этой формой психопатии являются эгоцентризм, недоверчивость и подозрительность, субъективизм, узость, ограниченность и односторонность интересов и оценок, ригидность мнений и эмоций, стеничность в защите и реализации своих идей, непреклонная уверенность в истинности убеждений, притязаний и прав, тенденциозность и надуманность суждений, напряженность доминирующих аффектов. Ко всем несогласным с ними отношение больных обычно открыто неприязненное или враждебное (Н. И. Фелинская, Ю. К. Чибисов, 1975).
Таким образом, при паранойяльной психопатии дисгармоничность личности проявляется в незрелости и парадоксальности мышления, избирательном фанатизме, резонерстве, ригидности мышления и эмоций, противостоянии всему, что противоречит личным убеждениям и интересам, в жесткости, эгоцентризме (П. Б. Гаинушкин, 1933). Обращает на себя внимание способность фиксировать и использовать мелкие факты, обмолвки и неудачные выражения окружающих, извращать их, убеждать других в своей правоте (на короткое время), а также настойчивость и жестокость в достижении эгоистических (крайне редко - альтруистических) целей, неспособность извлечения опыта из неудачных действий, изобретательность в перекладывании вины на других, преследовании и шельмовании несогласных, в преподнесении себя обманутыми и гонимыми. Часто это «преследуемые преследователи» с запасом лжи и лицемерия, лишь на короткое время испытывающие подобие критической оценки своего характера.
Душевная холодность, ограниченность интеллекта и общего кругозора, жестокий рационализм, мстительность, мелочность исключают в конечном счете нормальные взаимоотношения их в микросоциальной среде и в обществе в целом. ( Н. И. Фелинская и Ю. К Чибисов (1975) выделяют следующие клинические варианты параноических психопатий:
1) с сутяжно-паранойяльными идеями;
2) с ипохондрическими идеями (повышено тревожные и мнительные личности, фиксирующие внимание на своем здоровье, со склонностью к образованию сверхценных ипохондрических мыслей, домогающиеся помощи у медицинских специалистов, постоянно неудовлетворенные и недовольные);
3) со сверхценными идеями ревности («патологические ревнивцы» - лица повышенно мнительные, недоверчивые, эгоистичные, деспотичные и неуверенные в своей сексуальной полноценности, ищущие доказательств измены и домогающиеся признания);
4) с идеями отношения (сочетание сенситивности, мнительности и подозрительности со стремлением к признанию; неудачи служат источником сверхценных идей отношения и недоброжелательности). Кроме того, встречаются «домашние тираны», «деспоты», «патологические скупцы» и т. д. Им свойственны крайняя неуступчивость, фанатическая убежденность в своей правоте, жестокость и деспотичность к зависимым от них людям, патологическая жадность и страсть к накопительству, эмоциональная ригидность. В результате этого жизнь членов семьи или подвластного коллектива превращается в кошмар, они подвергаются изощренным издевательствам, подчас влачат жалкое существование, обречены на незаслуженные унижения, вынуждены лицемерить.
Паранойяльные психопаты далеко не всегда внешне ярко проявляют свои патохарактерологические особенности. Они нередко втираются в доверие к окружающим, создавая впечатление униженных и обиженных, но гонимых за справедливость, добросовестных, честных, бескорыстных и порядочных людей. На определенное время они «обрастают» сочувствующими, близкими им по духу или чем-то неудовлетворенными людьми, охотно выслушивающими рассуждения о «незаслуженных обидах со стороны подлецов», о несправедливости, безобразиях, чинимых им членами семьи, соседями, должностными лицами и др. Скрытно пускают в ход нечистоплотные намеки, слухи, наговоры, клеветнические сведения, пишут лживые или извращающие факты анонимные письма. Используют всевозможные интриги, чтобы «столкнуть лбами» людей, им неугодных или не поддержавших неуемные притязания сутяги и кверулянта. Паранойяльные психопаты не щадят «друзей» и попутчиков, если они проявили малейшее недоверие или сомнение в правдивости услышанного или отказали им в поддержке.
Образ жизни паранойяльных психопатов нередко суровый, аскетический, подчиненный осуществлению ведущей идеи. Возникающие в результате этого тягостные условия, лишения близких и самого себя не принимаются в расчет.
По нашим наблюдениям, можно выделить два основных варианта паранойяльной психопатии - экстравертированный и интравертированный. Больные экстравертированной психопатией энергичны, самоуверенны, решительны, открыты и демонстративны, хотя не пренебрегают и замаскированными действиями. При столкновении с противодействием их устремлениям поведение больных приобретает активно-наступательный характер, но до определенной меры. В отличие от лиц, страдающих параноидными психозами, они обычно не преступают границы «инстинкта самосохранения», степени осторожности, за чертой которой им грозит серьезная ответственность. Поэтому допускаемые иногда заключения о невменяемости больных паранойяльной психопатией мы считаем не всегда достаточно обоснованными. Больные интравертированной психопатией не так демонстративны, но не менее настойчивы в достижении своей цели. Внешняя их беззащитность, слабость, наивность, добропорядочность обманчивы, что нередко вводит в заблуждение окружающих. Скрытое коварство, упорство, лицемерие, ханжество, интриганство не менее опасны, чем воинствующая беспардонность при экстравертированной психопатии. В настоящее время можно говорить о патоморфозе паранойяльной психопатин в направлении именно последнего варианта внешних проявлений.
Для аутохтонной динамики характерны фазы повышения и спада аффективной напряженности и параноической активности. К внутренним факторам обострения можно отнести ухудшение самочувствия, сезонные колебания настроения, предменструальный период и ряд других, а к внешним - неудачи в плане параноидных притязаний, конфликтные ситуации в семье, с соседями, на производстве. Декомпенсация часто сопровождается эпизодами возбуждения, гнева, угроз и агрессии, реже - реакциями истерического типа. С возрастом активность снижается, но нарастание инволюционной ригидности и недоброжелательности ведет к усилению ханжества, поучительства, кверулянтской «эпистолярной» деятельности, резонерскому критиканству.
Диагностика психопатии представляется сомнительной, когда первоначальный сверхценный характер симптоматики временами сменяется паранойяльным бредом или постепенно перерастает в него под влиянием соматических заболеваний или неблагоприятных жизненных обстоятельств. В таких случаях следует думать о психических заболеваниях - соматогенных, психогенных (у психопатической личности) или шизофрении.

Психопатия аффективного типа

Для лиц, страдающих аффективной психопатией, характерно наличие либо приподнятого настроения с неиссякаемым оптимизмом, либо пониженного настроения с пессимистической оценкой всего происходящего, либо периодических смен одного состояния другим. Ряд психиатров (П. Б. Ганнушкин, 1933; Е. Kretschmer, 1921, и др.) относили таких больных к циклоидным личностям. П. Б. Ганнушкин выделял конституционально-возбужденный, конституционально-депрессивный, циклотимический и эмотивно-лабильный (реактивно-лабильный) варианты аффективной психопатии, Н. И. Фелинская и 10. К. Чибисов (1975) - гипертимический, гипотимический и циклотимический. Представленное П. Б. Ганнушкиным клиническое описание указанных вариантов психопатии до сих пор остается классическим и достаточно полным.
Лица, страдающие гипертимной аффективной (конституционально-возбужденной) психопатией, отличаются почти постоянно приподнятым настроением, повышенным оптимизмом, предприимчивостью, прожектерством, авантюристичностью замыслов и поступков, активностью, общительностью, вплоть до назойливости, многоречивостью, стремлением к лидерству, непостоянством увлечений и легкомысленностью. В детском и подростковом возрасте они бывают инициаторами далеко не невинных поступков и шуток по отношению к товарищам и воспитателям, авантюристических и поэтому нередко опасных планов и действий; часто их считают трудными детьми. В зрелом возрасте обращает внимание их неистощимая энергия и оптимизм, легковесное отношение к общепринятым нормам отношений, что в конце концов вызывает у окружающих недоумение, настороженность, антипатию.
Интеллектуальный уровень у таких лиц может быть различным - от высокого до низкого. П. Б. Ганнушкин (1933), Е. Kraepelin (1915) и другие психиатры отмечали, что некоторые гипертимические личности отличаются одаренностью в различных сферах, становятся остроумными изобретателями, удачливыми в общественных областях деятельности, но нечистыми на руку дельцами и аферистами. Однако избыток энергии, авантюризм, хвастовство, непостоянство во всем, дефицит нравственного чувства, пренебрежение требованиями законности и морали, склонность к сексуальным и алкогольным эксцессам в конечном счете создают конфликтные ситуации, из которых такие люди не всегда находят удачный выход, несмотря на их исключительную изворотливость. В судебно-психиатрической экспертизе приходится сталкиваться с подобными психопатами с криминальными наклонностями, длительное время успешно занимающимися мошенничеством, крупномасштабными махинациями и обманом, ведущими образ жизни «на широкую ногу», ловко используя доверчивость окружающих, особенно женщин.
Помимо гипертимно-деятельных натур, П. Б. Ганнушкин выделял «невинных болтунов» со склонностью к хвастовству и лживости, с гипертрофированным воображением, а также «псевдокверулянтов». Первые эйфоричны, многоречивы, подвижны, хвастливы, назойливы, но легкомысленны, пусты, малопродуктивны; не вызывают доверия, служат предметом шуток и насмешек, которые они игнорируют.
«Псевдокверулянты» себялюбивы, раздражительны, всезнайки, нетерпимы к возражениям («несносные спорщики»). Несогласие окружающих может вызвать у них вспышку гнева, раздражение и даже агрессию, послужить причиной преследования, но, в отличие от паранойяльных психопатов, они не так настойчивы, более отходчивы, легко меняют «гнев на милость». Как отмечает П. Б. Ганнушкин, гипертимики, наряду с авантюризмом и азартностью, обладают склонностью к лени и сибаритству. Это часто пикники, подвижные и жизнерадостные, предрасположенные к полноте. Неудачи переживают легко, быстро их забывая и вновь при нимаясь за старое.
Лицам, страдающим гипотимией, свойствен постоянный пессимизм в оценке действительности, своего настоящего и будущего. С детства оии отличаются замкнутостью, капризностью и плаксивостью, но чаще подобные черты ярко проявляются в подростковом возрасте. Притемненная окраска восприятия жизни сопровождается либо неправомерным осуждением происходящего, поступков людей, событий, либо самокопанием, самобичеванием, поисками собственной вины. Любая работа таким людям представляется неинтересной и утомительной, заранее они видят в ней непреодолимые трудности, от чего впадают в отчаяние. Будучи чувствительными и обидчивыми, больные замыкаются, отгораживаются от окружающих, чувствуют себя более или менее оптимально лишь в узком кругу знакомых и близких, учитывающих особенности их характера. Однако постоянное недовольство всем, брюзжание по любому поводу, мрачность и склонность к осуждению всего, повышенная мнительность и ипохондричность вызывают негативную реакцию у окружающих, что еще более усугубляет общую пессимистическую настроенность больных.
Под влиянием неприятностей, соматических заболеваний и вследствие аутохтонных колебаний настроения у гипотимных психопатов могут возникать субдепрессивные и депрессивные состояния со сверхценными образованиями, среди которых представляют опасность идеи о бессмысленности существования с суицидальными тенденциями.
Фазы более выраженного депрессивного состояния напоминают аффективные депрессивные психозы, протекающие в рамках маниакально-депрессивного психоза. При постановке диагноза следует помнить, что психопатия сопровождается сверхценными идеями, а маниакально-депрессивный психоз - бредовыми депрессивными идеями. Основными признаками психопатии являются субдепрессивный фон настроения как характерная черта личности на протяжении всей жизни, тесная связь ухудшений и улучшений общего состояния с благополучием или неблагополучием в личной и производственной сферах, бблыпая доступность разубеждению и критике.
Циклотимическая аффективная психопатия характеризуется сменой несколько повышенного настроения (экзальтации) пониженным, что соответствует гипер- и гипотимнческому поведению.
Таким образом, для этого типа психопатии свойственны постоянные колебания настроения и продуктивности деятельности, имеющие значительную продолжительность и часто совпадающие с сезонами года (весной и осенью). Гипертимное состояние сопровождается чувством прилива энергии и оптимизма, высокой продуктивностью в работе и в то же время - внутренним напряжением, нетерпимостью к возникающим препятствиям, повышенной раздражительностью и гневливостью с соответствующими реакциями, вызывающими протест окружающих. Гипотимное состояние проявляется в снижении настроения и работоспособности, пессимистической оценке жизни и всего происходящего вокруг. В гипотимическом состоянии часто появляются суицидальные мысли - больные «устают» от «маятникообразного» самочувствия и образа жизни, от ожидания упадка настроения. С возрастом контрастность переживаний может снизиться, но длительность подъемов и спадов настроения увеличивается. У пожилых людей, как правило, преобладающими становятся гипотимные (субдепрессивные) состояния. Они либо сживаются с ними, либо превращаются в «беспросветных пессимистов» и ворчунов. П. Б. Ганнушкин (1933) к аффективным относил и эмотивно-лабильные состояния, рассматривая их как вариант циклотимности, однако не с фазовыми, а постоянными, хаотическими, непредсказуемыми колебаниями настроения на протяжении даже одного дня. По нашим данным, такие личности встречаются даже чаще, чем с отчетливыми фазовыми состояниями. Как указывал П. Б. Ганнушкин, им свойственны капризность и изменчивость настроения, зависимость его от малейших ухудшений самочувствия, неудач, замечаний, неосторожно сказанного слова и т. п. Жизнерадостность у них легко сменяется чувством отчаяния. Эмотивно-лабильные психопаты особенно тяжело переносят утрату близких людей и другие потрясения, при этом у них могут наблюдаться патологические реакции и реактивные психозы. Такие личности - хрупкие, нежные, по-детски наивные, внушаемые и капризные натуры, в жизни и труде полностью зависимые от настроения.

Шизоидная психопатия

Для лиц, страдающих шизоидной психопатией, характерны слабость привязанностей, социальных контактов, скрытность переживаний, неадекватная сенситивность, сочетающаяся с эмоциональной холодностью, необычностью увлечений, поведения, внешности и др. По мнению П. Б. Ганнушкина, наиболее типичными признаками у таких лиц являются оторванность от внешнего мира, отсутствие единства и последовательности психических процессов, причудливая парадоксальность и неадекватность эмоциональной жизни и поведения.
Такие люди странные, чудаковатые, «не от мира сего», аутистичные, с угловатыми манерами, вычурной внешностью и одеждой, оторванные от реальной действительности, с необычными увлечениями, идеями и суждениями, эгоцентричными поступками. Своеобразное сочетание психической гиперестезии и чувственной холодности проявляется болезненными реакциями на внешние обстоятельства, затрагивающие личные интересы, с погружением в себя и отчуждением, с холодным безразличием до бездушия и жестокости к интересам и чувствам окружающих, в том числе близких людей. Несмотря на интеллектуальные способности и даже одаренность в каком-то направлении, шизоидные психопаты остаются глухими к критике и попыткам коррекции их неправильного поведения, не реагируют на них или с презрением их отвергают.
Окружающее шизоидные психопаты воспринимают избирательно и искаженно, при этом из фактических данных делают неожиданные, парадоксальные умозаключения и выводы с тенденцией к символике и резонерству. У них отмечаются склонность к теоретизированию, пассивность к насущным потребностям, хотя по отношению к интересующим их задачам они могут проявлять активность и настойчивость. Н. И. Фелинская и Ю. К. Чибисов (1975) выделяют сенситивный, с преобладанием замкнутости, с преобладанием эмоциональной холодности и со сверхценными образованиями варианты шизоидной психопатии; И. В. Шахматова (1972) -стенический и астенический, которые весьма близки к понятиям «экстравертированный» и «интравертированный».
Сенситивному варианту свойственны повышенная ранимость и чувствительность, мнительность, подозрительность, робость, замкнутость и отгороженность, мечтательность, склонность к уходу от реальности в мир фантазий, абстрактных построений. При шизоидной психопатии с преобладанием замкнутости на первый план выступают отгороженность, нелюдимость, чопорность и сухость, отсутствие аффективного резонанса. Шизоидная психопатия с преобладанием эмоциональной холодности характеризуется недостаточностью чувства долга, симпатии и уважения к окружающим, холодностью, бесцеремонностью, жестокостью, неспособностью считаться с другими, отсутствием укоров совести и стыдливости. Для шизоидов со склонностью к сверхценным образованиям свойственна тенденция к аутистичиым, абстрактным сверхценным идеям со стремлением к деятельности в плоскости их содержания, вопреки интересам окружающих и общества.
Стабилизация и компенсация симптоматики шизоидной психопатии обычно совпадают с личным и ситуационным благополучием, особенно в зрелом возрасте. Возможны аутохтонные ухудшения, но они возникают, как правило, в результате конфликтов или соматических заболеваний. Декомпенсация может проявляться сверхценными образованиями экстра- или интравертированного типа с соответствующим поведением. Диагностику психотических паранойяльных и параноидных состояний в рамках декомпенсации шизоидной психопатии, как и паранойяльной, мы считаем необоснованной. Поскольку это качественно новые психопатологические явления психогенной и другой природы, то их надо рассматривать как соответствующие заболевания у психопатических личностей.

Психопатия возбудимого типа

Основным признаком психопатии возбудимого (эксплозивного) типа является постоянно присущая склонность к неадекватным безудержным, неконтролируемым вспышкам гнева, ненависти и агрессии по незначительному поводу, к дистимическим и дисфорическим реакциям. Характерны аффективная возбудимость, обидчивость, придирчивость, подозрительность, эгоистичность, неадекватная требовательность, неспособность считаться с мнением других.
Выделяют следующие варианты психопатии возбудимого типа с эксплозивностью, вязкостью и с отдельными истерическими признаками (Н. И. Фелинская, Ю. К. Чибисов, 1975). Первому варианту присуща резкая возбудимость со склонностью к разрушительным действиям и самоповреждениям на фоне аффективно суженного сознания; второму - возбудимость по дисфорическому типу с застреванием аффекта на фоне таких характерологических особенностей, как мелочность, педантичность, вязкость, эмоциональная ригидность и жестокость (эпилептоидная психопатия); третьему - возбудимость с чертами демонстративности, театральности и утрированиости во время аффекта (на границе с психопатией истерического типа).
У лиц, страдающих психопатией возбудимого типа, отмечается высокая склонность к алкогольным и другим эксцессам, нередко они вступают в конфликты, приводящие к хулиганским действиям. Для периода декомпенсации характерна безудержность поведения, враждебность и агрессивность, возбудимость по малейшему поводу, склонность к сверхценной негативной трактовке отношения окружающих, некритичность к своим поступкам. Спокойное поведение и решительные меры окружающих обычно оказывают успокаивающее действие на психопатов.

Психастеническая психопатия (расстройства личности анаикастического типа)

Для лиц, страдающих психастенической психопатией, характерны отсутствие уверенности в себе, робость, застенчивость, мнительность, нерешительность, тревожность, обостренная до абсурда щепетильность, осторожность, ригидность, чувство незавершенности действий, склонность к сомнениям, педантизму, самопроверке, самоанализу, навязчивым мыслям, бесплодному навязчивому мудрствованию.
Н. И. Фелинская и Ю. К. Чибисов (1975) выделяют несколько вариантов психастенической психопатии. Отличительными особенностями первого варианта (тормозимого), кроме перечисленных, авторы считают пониженную активность, сомнения с длительной борьбой мотивов и невозможностью принятия решений, боязливость, пугливость, тревожность, из-за чего практически не испытывают чувства оптимизма и радости. При другом варианте преобладает бесплодное мудрствование, недостаточно развиты потребности, влечения, чувство реальности и яркость переживаний. В то же время доминирует абстрагированная от жизни рассудочная деятельность с беспочвенными сомнениями, неуверенностью в себе и «умственной жвачкой». При преобладании тревожной мнительности на первый план выступают постоянные сомнения в правильности прошлых, настоящих и будущих поступков, в отношении состояния своего здоровья и положения, тревожность, страх предполагаемых неблагоприятных последствий, повышенная ранимость и чувствительность к явным и воображаемым порицаниям. При психопатии с преобладанием навязчивостей наблюдается склонность к навязчивым мыслям и представлениям, фобиям и моторным действиям (ритуалам, движениям и тикам).
Психастеническую психопатию можно подразделить еще на экстра- и интравертированный варианты. В первом случае психастенические особенности как бы компенсируются активной обращаемостью за советами, достигающей степени назойливости, но обычно не приносящей облегчения и пользы, во втором случае - пассивной подчиняемостью обстоятельствам с замкнутостью, чувством беспомощности или погружением в бесплодные и беспочвенные ипохондрические переживания.

Истерическая психопатия (расстройства личности истерического типа)

Истерическая психопатия проявляется психической и физической инфантильностью, эгоистичностью, лживостью, жаждой признания и привлечения к себе внимания, театральностью, демонстративностью, броской выразительностью поведения, повышенной возбудимостью, яркостью и поверхностностью эмоциональных реакций, внушаемостью и самовнушаемостью, склонностью к гиперболизации, фантазированию с псевдологией и аффективным мышлением, к истерическим реакциям. Для приспособления, достижения желаемой цели такие люди используют вычурность поведения и одежды, ложь, лесть, шантаж и «бегство в болезнь», рассчитанные на внешний эффект.
П. Г. Ганнушкин (1933) главными признаками истерической психопатии считал стремление во что бы то ни стало, обратить на себя внимание окружающих и отсутствие объективной правды как по отношению к другим, так и к самому себе (искажение реальных отношений). Это проявляется в капризной неустойчивости эмоциональных реакций, поведения и отношений с другими людьми, в повышенной аффективной зависимости от ситуации, эгоистичности, лживости, хвастовстве, истолковании происходящего в выгодном для себя свете, в общей психической незрелости, неразборчивости в средствах достижения своей цели, вплоть до скандалов, кляуз, ложных обвинений и т. п. Сюда относятся и так называемые патологические лгуны, аферисты и мошенники.
Н. И. Фелинская и Ю. К. Чибисов (1975) выделяют следующие варианты истерической психопатии:
1) со склонностью к элементарным истерическим проявлениям (возникновению различных примитивных соматоневрологических реакций в виде истерических «моносимптомов» - судорожных и обморочных припадков, параличей и парезов, заикания, расстройства походки, астазии-абазии, анестезии и гиперестезии, одышки, приступов сердцебиения, неукротимой рвоты и т. д.); при этом, по нашим наблюдениям, в последние годы у женщин вновь участились случаи сложных истерических припадков со «страстными позами» и астазии-абазии;
2) с преобладанием эмоциональной дисгармонии (утрированностью, гиперболичностью внешних проявлений переживаний в виде возбуждения с рыданиями, угрозами и шантажной аутоагрессией, или наигранного безразличия, разочарования и опустошенности, или депрессивной отрешенности). Интересы и занятия таких лиц поверхностны и неустойчивы, рассчитаны на привлечение внимания;
3) с преобладанием волевых нарушений в виде гипербулни (повышенной, но не длительной настойчивости в достижении определенной цели), гипобулии (беспомощности в преодолении даже малейшего препятствия, безволия, внушаемости и подчиняемое™) или хаотического чередования этих состояний;
4) с преобладанием фантазирования (склонности к вымыслам, с игрой в необыкновенного человека);
5) с чертами псевдологии (с аффективной, «кривой» логикой, с искаженным восприятием и истолкованием реальной действительности, выраженным субъективизмом в подборе и отрицании фактов, лживостью, изворотливостью, голословной противоречивостью в отношении общепринятых мнений);
6) с преобладанием психического инфантилизма (сочетанием «жажды признания» с интеллектуальной незрелостью, поверхностностью эмоциональных реакций и волевых побуждений, что проявляется наивностью, детскостью суждений, преобладанием образного мышления над абстрактно-логическим, живостью воображения, повышенной внушаемостью, детским упрямством).
В целом истерическая психопатия характеризуется экстравертированностью проявлений, но возможны и интравертированные варианты, что подтверждается и данными наших исследований. Так, наблюдаются случаи, когда на первом плане стоит не демонстративная экстравагантность, напористость и активность, а демонстративная униженность и беспомощность, не менее эгоцентричная и эффективная в достижении жизненной цели, подчас более изматывающая окружающих. Представители первой группы чаще подвергаются судебно-психиатрической и военно-врачебной экспертизе в связи с неподчинением, злостным нарушением общественного порядка, оскорблениями, угрозами, шантажным поведением, физическим насилием. Представители второй группы («слабые», «беззащитные») выступают в роли вымогателей и деспотов в семье и в рабочем коллективе, эксплуатируя уступчивость и доброту окружающих. Истерические психопаты в кризисных ситуациях, особенно при угрозе ответственности, часто прибегают к суицидальным действиям - угрозам и демонстративным попыткам, что может завершиться фатально при подталкивании их к этому другими участникам конфликтной ситуации.

Астеническая психоиатия (расстройства личности астенического типа)

Наиболее характерными признаками астенической психопатии являются невыносливость больными повседневных физических и психических нагрузок, их повышенная истощаемость и ранимость, беспомощность перед трудностями, неуверенность в своих силах, тревожность, робость, застенчивость, обидчивость, пониженная самооценка, слабость побуждений, склонность к навязчивостям и сверхценным образованиям ипохондрического содержания. Психопатологической симптоматике сопутствуют явления вегетативно-сосудистой дистонии, жалобы на утомляемость, устойчиво плохое самочувствие. В качестве компенсации у астенических психопатов нередко выступает утрированный педантизм, консерватизм, стремление к сохранению привычного уклада жизни.

Расстройства личности типа эмоционально тупых (гебоидная психопатия, эмоционально тупая личность)

Психопатия этого типа характеризуется ущербностью у больных высших эмоций (чувства долга, совестливости, стыдливости, чести, сочувствия), их эгоистичностью, жестокостью, холодностью, равнодушием, безразличием к общепринятым моральным нормам, склонностью к извращенной чувственности, несмотря на проистекающие из этого страдания других, в том числе близких людей. Формы удовлетворения влечений и потребностей часто поражают своей бессмысленной жестокостью и садизмом. Это одна из наиболее неблагоприятных форм психопатии. Даже в состоянии компенсации больные являют собой образцы расчетливого бездушного деспотизма, карьеризма, тирании, бесцеремонности в путях и средствах достижения цели.

Психопатия неустойчивого типа

Больные психопатией неустойчивого типа описаны также под названием «безудержные» (Е. Kraepelin, 1915) и «безвольные» (К. Schneider, 1959; N. Petrilovitsch, 1960), Для них характерно непостоянство в побуждениях и стремлениях в сочетании с неспособностью к целеустремленной деятельности. С детского возраста они игнорируют запреты, порядок и требования дисциплины, отличаются несерьезностью и ненадежностью в учебе и выполнении поручений, внушаемостью, податливостью дурному влиянию и отвлекаемостью. Будучи взрослыми, часто ведут легкомысленный образ жизни, вступают в беспорядочные половые связи, легко вовлекаются в пьянство, употребляют наркотики. Это слабовольные, ненадежные и безответственные субъекты.
Психопатии полиморфные (мозаичные), типы парциального дисгармоничного психического инфантилизма и другие - это смешанные варианты расстройства личности, не поддающиеся четкой квалификации. В диагностической практике часто наблюдаются такие психопатии с оформленной типичностью проявлений, с преобладанием возбудимости или тормозимости. Наличие большого числа случаев полиморфных психопатий можно, по-видимому, в какой-то мере объяснить развитием биогенного и преимущественно социогенного патоморфоза клинической картины типичных вариантов психопатий.
Ранее большое внимание уделяли таким аномалиям поведения, как суицидомания, дромомания (бродяжничество), пиромания (импульсивное влечение к поджогам) и клептомания (импульсивное воровство), считая их самостоятельными психопатологическими феноменами. Однако в действительности они вряд ли существуют в таком понимании. По нашим наблюдениям, уходы из дома, бродяжничество, поджоги, кражи, суицидальные и другие аномальные поступки имеют вполне реальную мотивацию, конкретную ситуационную или психопатологическую обусловленность и входят в индивидуальную структуру психологической или различной по генезу психопатологической характеристики личности. Они наблюдаются у психически здоровых и психически больных лиц, у страдающих олигофренией, психопатией, а также при приобретенном органическом и моральном дефекте, алкогольном опьянении и т. д., то есть совершаются в результате разных мотивов и механизмов. Поэтому представляется необоснованной и неоправданной психиатрическая диагностика этих «маний» и «перверзий» как самостоятельных психопатологических проявлений. В абсолютном большинстве случаев они представляются как частные поведенческие характеристики в рамках нозологической диагностики. Соответственно наказуемость и ответственность в таких случаях должны определяться нозологнческим диагнозом.
Следует отметить, что в этом плане не являются исключением и половые извращения. Как психопатологические феномены они обычно наблюдаются при психозах и психопатологических состояниях, но часто имеют вторичный, ситуационный генеэ. Истинные, первичные сексуальные извращения, когда нормальное половое влечение отсутствует, по-видимому, бывают очень редко. В большинстве случаев их следует рассматривать как симптоматическое проявление - как один из признаков моральной неустойчивости и незрелости, дисгармоничности личности или ее расстройства в сексуальной сфере.
В МКБ 9-го пересмотра к половым извращениям и нарушениям отнесены такие формы сексуального поведения, которые не отвечают принятым биологическим и социальным целям, направлены на лиц своего же пола или осуществляются противоестественным способом в условиях, не препятствующих нормальному удовлетворению сексуальной потребности. Классифицировать их рекомендовано по основной психической болезни, но предусмотрено и выделение в качестве отдельных диагностических форм для дифференцированного учета. В большинстве таких случаев сексуальное извращение наблюдается на фоне психопатической структуры или задержки умственного развития. Полное подчинение поведения извращенному сексуальному инстинкту отмечается лишь в случаях отсутствия или извращения дифференцировки сексуального чувства и влечения в сочетании с интеллектуальным недоразвитием и отсутствием критики.
В соответствии с официальными классификациями и описаниями к половым нарушениям и извращениям относят онанизм, гомосексуализм (лесбианство и педерастию), скотоложство (содомию), педофилию, эксгибиционизм, трансвестизм, транссексуализм, фетишизм, мазохизм, садизм и др. Описание упомянутых, наиболее часто встречающихся форм извращений свидетельствует о том, что в большинстве своем они бывают приобретенными - ситуационными, вторичными, то есть, по существу, отражают искажение социально-психологической характеристики личности (преимущественно в сексуально-поведенческом плане), и лишь небольшое количество их (транссексуализм, трансвестизм и некоторые случаи гомосексуализма) обусловлено врожденными биологическими факторами - задержкой соматопсихической половой дифференциации. В отношении последней группы допустимо применение ранее употреблявшегося термина «сексуальная психопатия», или «перверзная психопатия». Распространение остальных сексуальных извращений в значительной степени определяется мерой социальной терпимости и наказуемости, особенно если это касается здоровых лиц и психопатических субъектов.
Клинику психопатий принято рассматривать с позиций ее статики и динамики. П. Г. Ганнушкин (1933, 1964) обращал внимание на возможность изменения (утяжеления) клинической симптоматики психопатий в период возрастных кризов (подростково-юношеского и климактерического), под влиянием других конституциональных факторов (спонтанных, аутохтонных фаз и эпизодов), соматических заболеваний (соматогенных реакций) и психических воздействий (психогенных реакций - шока, собственно реакций и развития). Конституциональные, соматогенные и психогенные факторы, так же, как фазы и реакции, автор рассматривал в их единстве.
В настоящее время доказано, что у психопатической личности могут быть состояния компенсации и декомпенсации в виде психопатических реакций различной продолжительности (аутохтонных, соматогенных и психогенных обострений психопатической симптоматики), ситуационные и невротические реакции, реактивные и другие психозы. Так, симптоматика истинных психопатических реакций отражает основные психопатические черты, свойственные данному типу, затем - черты, свойственные всем или большинству психопатических личностей, что зависит от степени декомпенсации. Таким образом, в клинической картине психопатических реакций могут наблюдаться специфические и неспецифические (присущие всем типам психопатии) симптомы в различных сочетаниях. Кроме того, в ней обычно находит отражение декомпенсирующий фактор (психическая травма, соматическое заболевание и др.) в виде психогенных наслоений, ситуационной оппозиционности, симптомов соматогенной астении и т. п.
Психогенную непсихотическую декомпенсацию психопатии обычно обозначают как ситуационную или невротическую реакцию (в зависимости от особенностей симптоматики). Эти реакции у психопатических личностей проявляются сочетанием обострения психопатических черт с ситуационно обусловленным поведением или невротическими симптомами. В таких случаях диагноз, например психопатии истерического типа с ситуационной или невротической реакцией либо ситуационной или невротической реакции у психопатической личности, зависит обычно от преобладания тех или иных симптомов. Однако следует учитывать, что в длительной психотравмирующей ситуации такие реакции могут приобретать устойчивый характер, становиться неотъемлемой составной частью всей клинической картины психопатии, придавая ей новые признаки или внешнюю форму другого типа психопатин (чаще возбудимого или паранойяльного).
Вызывает сомнение целесообразность выделения психотического варианта декомпенсации психопатии (П. Б. Ганнушкин, 1933; Н. И. Фелинская, Ю. К. Чибисов, 1975; А. Б. Смулевич, 1983). При этом авторы имеют в виду психогенную, соматогенную, экзогенную и эндогенную декомпенсацию. Однако если речь идет о психозах, возникающих в результате воздействия упомянутых факторов, то и трактовать их следует в соответствующем нозологическом ключе (как психогенные, соматогенные и другие психозы).
Выделение психотической декомпенсации психопатии нецелесообразно не только из теоретических, но и из практических соображений, особенно когда оно касается судебно-психиатрической экспертизы, так как в этом случае происходит как бы поглощение психопатией многих психических заболеваний и создаются предпосылки для размывания критериев вменяемости при психопатии. Нечеткость определения таких психопатических состояний, как «патологическая психопатическая реакция», «глубокая личностная патология психопатической личности», «выраженное нарушение социальной адаптации», с утверждением при этом невменяемости фактически ведет к снижению социальной требовательности к поведению психопатических лиц, к формированию у них безответственности. Реакции и состояния типа невротических и психотических, развивающиеся в результате различных внутренних и внешних воздействий, вряд ли следует относить к динамике психопатий, поскольку для них есть своя самостоятельная диагностика в границах определенных нозологических групп (острые реакции на стресс, адаптационные реакции, неврозы, реактивные и соматогенные психозы, шизофрения и др.), тем более что важнейшим условием их возникновения является наличие врожденной или приобретенной предрасположенности, в том числе психопатического развития личности. Фактически даже реакции на ситуацию, например в условиях повседневной жизни, наблюдаются лишь у ослабленных, предрасположенных к этому лиц, то есть имеющих функциональную или органическую неполноценность центральной нервной системы, психопатические особенности личности и т. п. Не случайно некоторые зарубежные исследователи подвергают сомнению существование «чистых» неврозов, а именно: неврозов без предшествующей психопатической и другой основы - и не усматривают четкой границы между неврозами и психопатиями. Соответственно диагноз психопатии или какого-либо болезненного состояния у психопатической личности нередко является диагнозом выбора, и в этом мы не видим противоречия, так как это есть отражение тесного взаимодействия эндогенных и экзогенных факторов в указанных видах психической патологии. Психопатия как показатель неполноценности развития мозга и личности часто выступает в качестве фактора риска, облегчающего возникновение различных вариантов психопатологических состояний, в том числе и психотических,

Этиология, патогенез и дифференциальная диагностика психопатий

В теориях этиологии и патогенеза психопатий основную роль отводят двум факторам - биологическому и социальному, в соответствии с чем выделяют конституциональные («ядерные»), органические, «краевые» (патохарактерологическое развитие) психопатии и психопатоподобные состояния. Как уже упоминалось, на протяжении длительного времени формирование психопатической личности объясняли с позиций теорий дегенерации, наследственной отягощенности, конституциональной и типологической недостаточности нервно-психических функций, приобретенной во внутриутробный период или в раннем детском возрасте, неполноценности центральной нервной системы, то есть обязательным наличием врожденной или рано приобретенной органической или функциональной мозговой недостаточности. Наряду с этим существенное место занимают неблагоприятные условия воспитания и обучения с раннего детского возраста.
П. Б. Ганнушкин придерживался в основном конституциональной теории происхождения истинных («ядерных») психопатий. В дальнейшем была сделана попытка объяснить их развитие с позиций учения И. П. Павлова о типах высшей нервной деятельности. Например, И. Ф. Случевский (1957) психопатии рассматривал как патологические варианты типов высшей нервной деятельности и подразделял их в зависимости от этого на две группы:
1) психопатии, возникающие на основе патологического варианта сильного неуравновешенного типа (параноическая, гипертимно-циркулярная, гипертимно-эксплозивная и перверзная формы), 2) психопатии, возникающие на основе патологического варианта слабого типа (психастеническая, парабулическая, истерическая и ипохондрическая формы). Биологической основой психопатий некоторые ученые считали также психофизический инфантилизм.
П. Б. Ганнушкин (1933, 1964) подчеркивал, что психопатические картины не являются фатально неизбежными, готовыми с детства, а развиваются и изменяются на протяжении всей жизни в зависимости от социальных и биологических условий, что в благоприятных условиях яркость их проявлений уменьшается. М. О. Гуревич (1949) считал необходимым наличие у психопатической личности врожденной или рано приобретенной аномалии развития нервной системы, причем частичной аномалии, затрагивающей лишь физиологические системы, регулирующие поведение, а не познавательную деятельность. Г. Е. Сухарева (1959) писала, что аномалия развития нервной системы - лишь биологическая основа, тенденция к определенному типу реагирования, что для появления психопатии необходим социальный фактор: неблагополучие окружающей среды, неправильное воспитание в семье и коллективе, отсутствие корригирующих воспитательных воздействий и др.
Биологическую предрасположенность к психопатическому симптомообразованию в настоящее время рассматривают неоднозначно, поскольку она может иметь различный генез: возникает в результате наследственной и конституциональной неустойчивости (конституциональные психопатии), повреждений головного мозга во внутриутробный период или в раннем детском возрасте под влиянием инфекций, интоксикаций, травм, нарушений обмена веществ (органические психопатии) и др.
Г. Е. Сухарева за основу психопатического развития личности принимала три типа аномалий центральной нервной системы:
1) задержанное развитие по типу психического инфантилизма (нельзя исключить участие наследственного отягощения, но более существенную роль играют внешние вредности, длительно действующие во внутриутробный период или в ранних стадиях развития ребенка: затяжные инфекции, хронические интоксикации, расстройства пищеварительного тракта, голодание, неправильное вскармливание, плохие гигиенические условия и др.);
2) диспропорциональное развитие нервной системы и организма в целом (преимущественную роль играет патологическая наследственность, но не исключено и влияние внешних вредностей);
3) поврежденное, «надломленное» развитие в связи с поражением нервной системы на ранних этапах онтогенеза.
Нет оснований отрицать существование наследственно обусловленных или конституциональных психопатий. Клиницистам известна возможность наследственной передачи особенностей темперамента, некоторых первичных эмоциональных реакций и т. п., возможность влияния на плод и психическое развитие ребенка тягостных переживаний матери во время беременности, ее соматических заболеваний и интоксикаций.
Возникновение конституциональной психопатии - процесс длительный, протекающий на психофизиологическом, индивидуально- и социально-психологическом уровнях (В. В. Сталин, 1983) по типу функциональной дисгармоничности формирования личности. При органической психопатии на первый план выступает органическое поражение головного мозга, препятствующее нормальному развитию психических функций, а при краевой психопатии - усвоение асоциальных и антисоциальных образцов эмоциональных реакций и поведения близких значимых лиц. При этом могут возникать очень сложные взаимодействия между конституциональными и экзогенными факторами, влияние которых неизбежно в любом случае. Нередко наблюдаются случаи неожиданно резкого изменения поведения ребенка или подростка после травмы головы или какого-либо заболевания, только последствиями которых это объяснить невозможно. Ребенок игнорирует все положительное и усваивает (интериоризирует) лишь отрицательные образцы. Вероятнее всего, это происходит по механизму растормаживания внутренних аномальных тенденций в результате снятия болезнью непрочных навыков приемлемого поведения. Возможность формирования психопатии под влиянием экзогенного повреждения мозга тем вероятнее, чем в более ранний периъд оно произошло. В то же время с возрастом нормально формирующаяся личность менее подвергается экзогенному психопатическому развитию.
У 20 % наблюдаемых нами психопатов наследственность была достоверно отягощена характеропатиями, алкоголизмом, психозами, у 12 % в детстве отмечалась задержка общего развития без доказанной внешней причины, у 55 % в анамнезе имелись указания на осложнения внутриутробного периода, родовые травмы, травмы головы и тяжелые соматические заболевания в первые годы жизни. Неврологические симптомы наблюдались у 10 % больных, признаки задержки интеллектуального развития и нервности в первые годы жизни - У 20 %.
Установлено, что приобретенная неполноценность функций головного мозга - «минимальная мозговая недостаточность» - является фактором риска аномального развития личности, однако, как правило, при сочетании с неблагоприятными социальными условиями воспитания и обучения в детском возрасте (Г. Е. Сухарева, 1959; В. В. Ковалев, 1980).
Чем в более ранний период онтогенеза возникает экзогенное повреждение мозга и чем отдаленнее наблюдаются его психопатические последствия, тем менее органическим характером они отличаются и наоборот. Например, психопатии, возникающие после родовой травмы, по клиническим проявлениям стоят ближе к конституциональной психопатии, чем психопатии, развивающиеся после травмы в дошкольном и раннем школьном возрасте. В последнем случае психопатия сопровождается органическими признаками в виде, главным образом, повышенной ранимости и взрывчатости эксплозивного, истерического или астенического типа. В таких случаях оказываются весьма эффективными терапевтические мероприятия, направленные на патогенетические механизмы органического процесса. Однако облегченная в этих условиях постепенная фиксация и стереотипизация неадекватных форм эмоциональных реакций и поведения как следствия конфликтных отношений с социальным окружением приводят к психопатии или психопатизации - психопатоподобному состоянию.
Мы полагаем, что в таких случаях не следует резко отграничивать и противопоставлять друг другу психопатическое и психопатоподобное развитие, наблюдаемое в детском и подростковом возрасте. Последствия таких повреждений в возрасте до подросткового включительно, проявляющиеся преимущественно поведенческими аномалиями, могут в дальнейшем трактоваться и как психопатия (вторичная, органическая), и как психопатоподобиое развитие (на органической основе) с шифровкой по психопатии. Если же психопатоподобные состояния возникают в результате поражений головного мозга в юношеском и зрелом возрасте, то их надо диагностировать как последствия соответствуюших заболеваний (психопатоподоб.пые состояния экзогенной этиологии).
Доказано, что постоянные внутрисемейные конфликты, обстановка ненависти, зависти, скупости, лицемерия, жестокости, безнадзорности, избалованности, моральной распущенности и т. п., действующие на ребенка, сами по себе могут быть причиной аномального развития его характера. Этот факт нашел отражение в описаниях так называемых социопатий (А. К. Ленц, 1927), характеропатий, патохарактерологического развития, краевых психопатий (В. Я. Гиндикин, 1967; О. В. Кербиков, 1971), асоциальных личностей (J. Rappeport, 1974). У многих детей из неблагополучных семей с возрастом наблюдаются патохарактерологические черты, склонность к злоупотреблению алкоголем, к другим вредным привычкам, асоциальному и криминогенному поведению (О. В. Кербиков, 1971; А. Е. Личко, 1977; Г. К. Ушаков, 1978; К. Seidel, Н. Szewczyk, 1978; R. Werner, 1980). Однако категоричность в этом вопросе недопустима, так как в подобных же семьях нередко вырастают дети с нормальными характерологическими свойствами и социальными установками. По нашим наблюдениям, у лиц с социально обусловленной («краевой») психопатией патохарактерологические признаки часто бывают такими же, как у одного из родителей, имея выраженную эгоистическую направленность. Они не столь массивны, хотя внешне демонстративны, быстрее компенсируются при удовлетворении притязаний и поддаются перевоспитанию. Наиболее часто наблюдаются эксплозивный, истерический и астенический варианты таких психопатий.
С другой стороны, поздно возникшая краевая психопатия (патохарактерологическое развитие) рассматривается нами как результат преимущественно неблагоприятных условий воспитания и представляется как искаженное формирование самосознания, самоотношения, отношения к другим людям, общественным нормам и ценностям. Она проявляется главным образом в незрелости социальной направленности и повышенной эгоистичности. Биологическая основа как таковая здесь серьезно не страдает. Поэтому такое психопатическое развитие практически невозможно отграничить от дефектов воспитания. Поэтому возникают серьезные сомнения в обоснованности многих случаев диагностики так называемой краевой психопатии, или социопатии (нажитых, приобретенных психопатических состояний), поскольку оказывается, что после изменения внешней обстановки пациенты в дальнейшем нормально учатся, работают и живут, не проявляя какой-либо социальной неприспособленности. Они «психопатичны» лишь тогда, когда это соответствует собственным интересам и не грозит отрицательными последствиями.
В возникновении психопатии зарубежные авторы решающее значение придают задержке психосексуального развития, бессознательному конфликту между биологическим и социальным. Отрицают формирующее основные черты личности воздействие социальных условий, возможность социальной коррекции характера и поведения. Соответственно психопатическая личность определяется как асоциальная. При постановке диагноза трудности могут возникать в отграничении психопатии от невротического развития личности, так как часто в его основе лежит до того скрытая психопатическая структура, актуализирующаяся в длительно существующей психотравмирующей ситуации и постепенно «обрастающая» невротической симптоматикой. Иногда возникает необходимость дифференцировать психопатию и психопатоподобные проявления и последствия некоторых психических заболеваний (шизофрении и др.). В подобных случаях максимально приближенное к истине диагностическое решение может быть принято, в результате анализа анамнестических сведений, структуры психопатологической симптоматики и ее динамики. Прослеживание психопатических черт на протяжении всей жизни и отсутствие при декомпенсациях принципиально новой продуктивной или негативной симптоматики дают возможность поставить диагноз психопатии. [2015.09.05] Психоз у нас в крови
Нет, никакие изменения состава крови не могут привести человека к нарушению, если такой состав не появился природным путем формирования жизненно важной для человека жидкости. Зато сами заболевания могут оставлять в теле и крови человека "маркеры" своего присутствия. И в этом случае диагностика психоза может быть основана на
К таким выводам ученые пришли вследствие исследования людей, принимающих два вида лекарственных средств, применяющихся при лечении неврологических и психических заболеваний. Оказалось, что в качестве побочного действия, препараты могут оказывать влияние на характер пациента. Исследования проводились на базе Университетского